В настоящее время я работаю над переводом книги Ф. Ф. Зелинского "Эллинизм и иудаизм", в которой, как это следует из названия, сравниваются две эти религии. Зелинский часто покусывает евреев, иногда даже ерничает.
Но пост не об этом. Просто благодаря этой работе есть возможность сравнить Синодальный перевод с Септуагинтой.
Вот, в главе "Филон Иудей" Зелинский пишет о примерах безнравственных и низких поступков в Торе. Так, Финеес у него получается махровым садистом, поскольку "Но больше всего Филону по душе то, что его герой «пронзил обоих их, Израильтянина и женщину в чрево ее» (Чис. 25, 8) – «поскольку это место было орудием запретного наслаждения» (Moys. I 302)." (это текст З.)
Впрочем, по-русски это место звучит очень мягко. Потому вставляю сноску: "Чрево" - в синодальном переводе. Септуагинта описывает этот момент гораздо жестче: «διὰ τῆς μήτρας αὐτῆς» – буквально, «через матку ее».
Так обнажается садизм и Финееса, и Филона.
Но пост не об этом. Просто благодаря этой работе есть возможность сравнить Синодальный перевод с Септуагинтой.
Вот, в главе "Филон Иудей" Зелинский пишет о примерах безнравственных и низких поступков в Торе. Так, Финеес у него получается махровым садистом, поскольку "Но больше всего Филону по душе то, что его герой «пронзил обоих их, Израильтянина и женщину в чрево ее» (Чис. 25, 8) – «поскольку это место было орудием запретного наслаждения» (Moys. I 302)." (это текст З.)
Впрочем, по-русски это место звучит очень мягко. Потому вставляю сноску: "Чрево" - в синодальном переводе. Септуагинта описывает этот момент гораздо жестче: «διὰ τῆς μήτρας αὐτῆς» – буквально, «через матку ее».
Так обнажается садизм и Финееса, и Филона.